О мечте и о жизни

О мечте и о жизни

Как хотелось: - Мне было 13 лет. Сидел в своём дворе и прокручивал в голове картинки из порнухи, которую смотрел у соседа. В этот момент ко мне подошла моя одноклассница. Звали её Валя. У неё уже начали появляться груди, да и попка у неё была что надо. Но больше всего меня сводили с ума её губки - фантазия у меня была богатая, и мне с лёгкостью удалось представить, как она мне делает миньет. В классе, сидя на уроках, я часто представлял, как раздеваю её и ласкаю её ещё не оформившееся тело. Вместе с тем я очень стеснялся встречаться с ней глазами. Она подошла и сказала: Роман, у меня есть что-то интересное для тебя, иди за мной . Я очень удивился, ведь она никогда не заговаривала со мной раньше, но всё же поднялся, и поплёлся за ней. Шёл я немного сзади и рассматривал её попку, обтянутую джинсами. Вот бы сейчас просунуть руку у неё между ягодицами - пронеслось у меня в голове. И тут она обернулась и практически застала меня разглядывающим её задницу! Я ужасно покраснел и подумал, что она сейчас скажет что-нибудь обидное, но она повернулась - и шла дальше. Я шёл за ней и продолжал смотреть на её попку, а она шла вперёд и не говорила ни слова. За нашими домами строили гаражи, и, как выяснилось, туда она меня и вела. Она остановилась и вот так запросто сказала: Ты разглядывал мою жопу . Вот так, совсем без упрёка и злости, без вопроса в голосе - как будто говорила об идущем за окном дожде. Ты разглядывал мою жопу . Я вытаращил глаза и уставился на неё. Она же, будто бросаясь куда-то вниз головой, спросила - Потрогать хочешь? Я смог только кивнуть головой. Во рту у меня тут же пересохло, а в штанах стало тесно. Она же повернулась и отклячила свою соблазнительную попку в мою сторону. Поборов дрожь в коленях, я подошёл и положил правую руку на её округлую задницу. -Ну же, смелей! Похоже, она вздумала надо мной смеяться - пронеслось в моей голове. Я начал поглаживать её через ткань джинсов, наслаждаясь упругостью её попки. Но хотелось мне совсем другого - член уже налился кровью и стоял (если бы не штаны - почти вертикально). Я плюнул на всё и стал поглаживать у неё между ног. Вторая рука между тем завладела ещё не вполне оформившейся девичьей грудью, проступавшей через ткань футболки. Глаза Валентины затуманились, а губы шептали: Так, так, сильней, ещё, ещё, не останавливайся . Я понял, что сейчас она сделает всё, что я ни пожелаю. Я расстегнул её джинсы и просунул руку внутрь, лаская её самое сокровенное местечко через трусики. Ха, да она, наверное, описалась! - подумал я, но тут же вспомнил кадры из порнухи. Ага, так ведь она возбудилась! Совсем осмелев, я просунул руку прямо в её трусики. Пальцы коснулись мягкого пушка девственной письки. Скоро я оставил в покое её грудь и засунул вторую руку сзади в её трусики, приспустив при этом её джинсы. Как оказалось, на ней были надеты розовые трусики, на которых уже было большое мокрое пятно. Мои руки встретились в промежности девушки. Не прекращая ласкать её, я прошептал на ушко: Потрогай у меня тоже . Она не заставила просить её дважды, и, опустив свою руку на вздувшиеся спереди штаны, надавила. У меня от удовольствия чуть не подкосились ноги. Она тем временем просунула свою ладошку ко мне в трусы и сжала в кулаке мой член. Мои руки же, не теряя ни секунды, поглаживали складочки в её промежности. Нащупав податливое отверстие, я попытался ввести туда палец. Валюша застонала и раздвинула ноги. Скоро мой палец погрузился в её дырочку на всю глубину, и я начал двигать им, ощупывая её изнутри. Девушка застонала и свободной рукой стала задавать ритм моим движениям. Я наконец-то полностью стянул с неё джинсы вместе с трусиками, и вот - передо мной в одной футболке стоит девушка, о которой я мечтал каждую ночь. Я отпустил её и выпрямился. Всё это время её рука сжимала мой член. Я сказал только одно
слово - Вытащи! . Тут же, одним рывком, она вытащила из штанов мой изнывающий член и начала его ощупывать с разных сторон, - так, как ласкают домашнее животное. Ноги её подогнулись, и она встала на колени. Я сделал шаг к ней, и мой член оказался прямо напротив её лица. Теперь она теребила мой ствол двумя руками,